Нетипичная ситуация

( секс с крупной женщиной )



Иногда, чтобы быть хорошим партнёром не обязательно обладать внушительной плотью и даже прекрасной половой потенцией. Бывает, что некоторым женщинам больше нравится определённая эстетическая внешность мужчины, красота его голоса, блестящая неповторимость ласк, их умение льстить и даже, когда этого требуют половые обязательства, лгать. Последнее следует пускать в ход с теми особами, которые с нескрываемой охотой готовы без конца выслушивать комплименты о тех прелестях, которыми они чаще всего не обладают.
Помимо всего мужчина обязан хорошо сформировать своё тело, добиться его красоты. Недаром существует поговорка: "Не взял мудями, так возьми грудями."
Ощущая крепкое, налитое мускулами тело партнёра без рыхлого жирного живота, а со стальными мышцами рук и ног и крепким брюшным прессом, женщина настолько заводится, что быстро приходит в экстаз, особенно, когда сила рук и ног сочетаются с лаской, нежными словами, эмоциональной интонацией и работой члена, взятого подружкой в рот, затем принятого влагалищем или, что случается не так часто, - попкой.
Но бывает такое, что ситуация в постели не вписывается в стандартные мерки, и тогда от мужчины требуется максимальное терпение, чтобы выполнить любую нетипичную половую прихоть партнёрши.

Нечто подобное произошло с Вадимом. Он служил во флоте и однажды случай свёл его с Сельмой Лундберг, высокой блондинкой, с большими глазами и красивой улыбкой. Она обладала породистым телом, но нисколько этого не стеснялась, а всегда шла уверенной поступью, высоко держа голову, выставив вперёд пышную грудь и играя широким задом так, что у проходивших мимо мужчин захватывало дух.
В то время её муж был в длительной командировке и она пригласила Вадима к себе в гости. Вадим умел играть на гитаре и прилично петь некоторые романсы и, кроме того, немного умел писать стихи.
Сельма организовала гостю "торжественный обед", после которого Вадим исполнил несколько романсов и прочитал собственные стихи, чем сразу же приблизил её к себе. Расставаясь, он наговорил ей комплиментов, сказал, что она по своему красива и весьма обольстительна. А затем, целуя её руку, у него неожиданно вырвалось:
- Стою, как у большого столба. (???)
Сельма не смутилась и не обиделась, а лишь шутливо произнесла:
- Да, несколько крупновата, но ничего, котик, надеюсь, справишься, и заберёшься на вершину столба, как делали удальцы на ярмарках, и получишь приз, к которому стремишься.

Через два дня, в субботу, состоялось их второе свидание, но уже в квартире знакомого Вадима, находящегося в отьезде и попросившего Вадима присмотреть за жилищем. Быстро накрыли на стол, выпили, как и полагается, закусили. Потом Вадим решил, что пора приступать к главному, ради коего и была организована встреча. Он вплотную придвинулся к Сельме и стал руками ласкать её тело; шею, грудь, пытаясь определить её наиболее чувствительные эрогенные зоны. Она заулыбалась и, не отталкивая его навязчивых рук, почти шёпотом сказала:
- Потерпи, давай ещё немножко выпьем, - и сама налила водку прямо в стаканы. - Муж приучил. Раньше всё коньяки да шампанское глотали, а позже поняли, что здоровей водки ничего нет, согревает, быстро распадается и выводится, понятно, ежели не суррогат и без злоупотреблений.
Вадим больше пить отказался, зато Сельма выпила ещё больше половины стакана, уточнив, правда, что для храбрости. Закусив, она встала возле него, смерила бесцеремонным взглядос с головы до ног и, положив руки ему на плечи, сказала:
- Коренастый ты, коренастый. Такие мужчины мне нравятся. Обними меня крепко-крепко, чтобы косточки хрустнули.

Вадим стиснул Сельму, постепенна усиливая обьятия, затем ослабил их, прижался лицом к пышной груди и стал покрывать нежными поцелуями, одновременно поглаживая спину и ягодицы. Освободил её от одежды и быстро разделся сам. Затем взял ртом один сосок её груди, поласкав его языком, вытолкнул изо рта, потом втянул губами вновь - и так проделал несколько раз, пропуская иногда сосок через зубы, что ей особенно понравилось.
- Давай и вторую грудочку, иначе она обидится на меня и на сестрёнку, - шептал он Сельме.
- Сельма засмеялась и, невольно отпрянув от него, с неподдельным удивлением сказала:
- Ты нестандартен, а в чём ты можешь быть ещё оригинальнее других?
Вадим несколько опешил, но постарался не подать виду своим удивлением. Подумал про себя: "Чёрт знает что - сошлись трахать друг друга, а тут подавай ещё и оригинальность.
- Буду звать тебя ланью, - неожиданно и для себя самого произнёс это неуклюжее сравнение, - даже ланушкой.
- Даром оригинальности ты и вправду не обижен, только какая я к чёрту ла-нуш-ка при моей-то комплекции в девяносто килограммов! Ну, будь по-твоему, лань так лань. А ещё?

- Я спою тебе твои любимые романсы.
- Это потом, а сейчас я приму все твои желания сделать мне приятное, - и, поцеловав его, она высвободилась из его обьятий и ненадолго вышла из комнаты. Её примеру последовал после и Вадим. А когда возвратился с освобождённым мочевым пузырём, Сельма уже сидела на постели. Он стоял перед ней со вздыбленным членом и намеревался опрокинуть её обольстительное тело и вонзить в него свою неуёмную плоть, как вдруг, будто издеваясь над ним, она предложила:
- Спой теперь вот так, в таком виде.
Он, повинуясь её прихоти, спел два старинных романса: "Я вас любил" и "О, если б мог выразить в звуке". Плоть его, естественно обветшала, поскольку он целиком ушёл в прелесть этих замечательных произведений. Сельма с замиранием сердца слушала. Закончив петь, Вадим взял её голову с красивыми волосами и стал целовать погрустневшее вдруг лицо. Она, помедлив, тоже встрепенулась, прижалась лицом к его животу, затем опустила лицо к промежности Вадима и стала тереться, целуя его неистово и горячо, от чего его член снова сильно напрягся, уткнувшись в её шею.

- Сейчас мы лишим его свободы, сказала она, - мы его сейчас в темницу посадим.
Сельма опрокинулась на тахту, увлекая Вадима за собой. Расположившись между её полных крепких ног, он задрал их кверху, сам встал на коленях, разглядывая и любуясь порослями светлых кудрявых волос, щедро покрывающих лобок и промежность. Потом упёрся членом в её половые губы и стал им водить по ним, слегка углубляя у клитора и надавливая на него головкой члена. Одновременно расхваливал пышное тело Сельмы, ласкал руками грудь, шею, плечи. Она ликовала, отвечая ему сладострастными движениями живота, бёдер, ягодиц и влагалища. Наконец, ухватив его сильными горячими руками за ягодицы, сама вогнала его стояк в свой увлажнённый зев. Вадим задвигался, всё убыстряя темп и увеличивая амплитуду движений. Сельма закрыла глаза, застонала и выпустила Вадима из своих обьятий. Он перестал двигаться, дав ей отдохнуть, затем попросил её повернуться к нему попой. Предложение было принято ею без колебаний.
Увидев перед собой широченный обольстительный зад Сельмы, Вадим встал на колени на краю тахты и, больше не сдерживаясь, с разгону вогнал торчащий колом фаллос по самые яйца. С азартом стал энергично работать и работать. Сельма стала стонать почти непрерывно, Вадим так же утонул в блаженстве сладострастия. Наконец из неё вырвался громкий грудной крик и от этого Вадим так же не удержался и стал бурно выплескивать в неё мощные струи своей спермы...

Затем она вместе с ним опустилась на живот и попросила:
- Не выходи из меня, полежи так немножко.
Член Вадима почти увял и намеревался выйти из её гнёздышка. Он силился вдавить его туда снова, но Сельма успокоила его:
- Не волнуйся, что он вышел, мне и так приятно.
Немного отдохнули, а затем, закусив, снова залегли в постель. Желание вновь обуяло их обоих. Вадим прижался к ней, раздвинул ляжки и стал нежно ощупывать половые губы и клитор.
- Как тебе приятнее? - спросил он Сельму.
- Сядь мне на грудь.
- Но тебе будет тяжело.
- Не беспокойся, выдержу.
Удобно усевшись, Вадим свёл её груди вместе, заложив между ними проснувшийся член, стал нежно поглаживать соски. Соски набухли, а член, наполненый похотью, набряк и, вытянушись между грудей, упёрся Сельме в подбородок.

- Твои сосочки словно бутоны роз, - польстил он ей.
В ответ она вцепилась в него и запричитала:
- Какой ты милый, ласковый, не как другие.
Облизав несколько раз член, она сжала его своими грудями и стала мастурбировать ими головку, поднося к ней поочерёдно то один, то другой сосок.
- Спой мне ещё прямо сейчас, сможешь?- спросила она его и лукаво улыбнулась. - Сделай милость, попробуй, не откажи.
Вадим собрался с духом, выполняя странную просьбу этой загадочной, но вместе с этим милой женщины, и запел весьма эмоциональный романс Оппеля "Глядя на луч пурпурного заката". Его член совсем упал и уснул, согревшись между пышными грудями Сельмы. Она глубоко переживала, слёзы обволакивали её глаза. Прослушав романс, Сельма вдруг вывела его уснувший член из своих грудей, поудобней подложила под голову подушку, приблизила лицо к Вадиму и, взяв головку члена в рот, начала нежно и сладко её ласкать. Вскоре Вадим снова сильно возбудился и он неожиданно с силой вогнал член ей в рот до основания и впустил струю уже успевшей накопиться спермы, отчего Сельма даже поперхнулась. Затем вынул вновь обмякающий пенис.

- Милый, какой ты необычный, и он у тебя такой же. Ты совсем не похож на других.
- Ну что ты, - скромно возразил Вадим, - любой, кто может и любит петь, смог бы так, или даже лучше.
- Нет, не возражай. Никогда не забуду тебя и этот день.
Слезинки вновь заблестели на её улыбающемся лице и бархатных ресницах...

на эротическую страницу >