О сексе с юмором


Часть 3




21. Любитель фетишей

Когда приходят сумерки под окна,
Я в полумраке комнатной тиши
Люблю рассматривать, устроившись комфортно,
Наполненные сексом фетиши.
Нет у меня журнальных порнографий,
Нет эротических календарей,
Но у меня представлена с размахом
Интимная коллекция вещей.
Здесь многое, что женщинам когда-то
Принадлежало. В сущности своей
Они – реликвия, которую так свято
Храню с тех пор я в памяти своей.
В шкафу моем разложены по полкам,
Подаренные вшутку и всерьез
Перчатка, брошь, от зеркала осколки,
Часы и даже прядь срамных волос.
Есть туфельки, платочки носовые,
Бюстгальтеры… да все не перечесть.
Счастливых дней – свидетели немые -
И все они теперь пылятся здесь.
Смотрю на них и прошлым наслаждаюсь,
Рукой коснусь – испытываю секс.
Уже с трудом, но все же вспоминаю,
Что с их владельцами творил я много лет.
Я всех любил их, если вам признаться,
Но получил взамен все эти вещи лишь,
И временами я боюсь уже сознаться,
Что я для них был вещью, как фетиш.

22. В борделях

Ничуть не далее, чем где-то за «бугром»,
Совсем не понаслышке, а на деле
Есть «хижины», что нашим языком
Зовутся не иначе как бордели.
Что правда, не из дерева они,
Их вид приятный очень привлекает;
Горят на них рекламные огни,
И зелень возле них благоухает.
Там радость покупают господа
И удовольствия в развратной упаковке;
В них им развить потенцию всегда
Помогут обходительно и ловко.
Предложат там большой ассортимент
Приниженных дешевых секс-обьектов,
И сможет, в принципе, любой эксперимент
Над ними провести богатый Некто.
Расслабиться там можно, пар спустив
Со строгих брачной формы отношений,
Ведь постоянно, не жалея сил,
Там ищут в новых формах развлеченья.
В пустыне секс им могут предложить
Иль с наслажденьем трахнуться в «Роллс-ройсе»,
В огромный холодильник поместить
Секс-ложе ради суперудовольствий.
А можно посношаться и в купе
Под скрежет тормозов на поворотах.
Для сумасшедших на любой манер
И комнаты, и камеры, и гроты.
Живой разнообразен инвентарь:
И женщины, и хищники, и птицы;
На секс их с пальмы смотрит попугай,
А рядом в клетке мечется тигрица.
Изысканность напитков, разных блюд,
Смесь вычурности с футуризмом строгим
Заманивают в сказочный приют
Чудес эротики джентльменов очень многих.
И посещают этот «Диснейленд»
Даже пресыщенные этим всем клиенты;
Он чуть иной всегда, в любой момент,
А жизнь их состоит с таких моментов.

23. Рассказ одного джельтмена

Сумерки и дождь уже поглотили улицы,
На машине ехал я медленно совсем,
Но увидел вдруг одну женщину у булочной,
Вымокшую полностью, с множеством проблем.
Куртка перепачкана и чулки разорваны,
Руки поцарапаны – просто ворох бед;
Плакала, растеряно смотря во все стороны,
Подымая погнутый свой велосипед.
Оборвалось сердце вдруг у меня от жалости,
А по коже словно бы вдруг прошел мороз,
И, с машины выбежав, я помог ей с радостью;
Усадил несчастную и домой отвез.
Случай неприятный тот я забыл со временем,
Но однажды в сауне, где я отдыхал,
Вдруг в красивой женщине, поборов сомнения,
Прежнюю знакомую все-таки узнал.
И меня блондинка та пышная заметила;
В сером платье вязаном подошла сама,
Улыбнулась искренне, так тепло, приветливо,
Что разбила сердце мне и свела с ума.
Благодарность выслушав за услугу прежнюю,
Пригласил я вечером даму в ресторан,
А затем домой меня пригласила нежная –
Так вот с ней и начался у меня роман.
Угощала щедрая коньячком отличнейшим,
Целовала сладкая страстно, как могла,
Возбуждала дивная лаской необычною,
А затем заманчиво в спальню увлекла.
Там я с нетерпением всю ее исследовал,
Всю ее изгладил и всю исцеловал.
Возбуждал старательно я ее как следует:
Щекотал, покусывал, языком лизал.
Отдавалась мне она пылко, без стесненья,
Без излишних комплексов, мне стремясь помочь…
От волшебной женщины был я в опьяненьи,
Проведя волшебную первую с ней ночь…

24. Мазохиат

Я видел ночью страшный сон
(Что только сон я очень рад):
Прошел землей дурной циклон –
Принес с собой мазохиат.
И стали женщины тогда
(На вид не очень-то слабы)
Над мужиками господа,
А мужики все – их рабы.
Рабы неудержимо льнут
К ногам прелестной красоты;
В руках они цветы несут,
Но получают лишь хлысты.
Свистят по спинам их бичи
И плети в мелких узелках,
Но благодарность лишь сквозит
И наслажденье в их глазах.
И неприклонен и жесток
Цинично-строгий женщин взгляд;
Дают рабам они урок -
За ложь, измены и разврат…
Здесь я проснулся с криком, весь
В холодном утреннем поту,
Под душ прохладный сразу влез,
Чтоб смыть позор и срамоту.
И стало так мне хорошо,
Я был, поверьте, очень рад,
Что с пробуждением ушел
В забвение мазохиат.

25. Подиум потенциальной любовницы

Мне только двадцать пять, но я успела
В любви мужчин попробовать немало,
Но такова судьба, что не сумела
Я своего найти пока причала.
Хочу найти опору в жизни этой,
Ну и помочь кому-то стать счастливей.
Я – женщина с нормальным интеллектом,
Со слов мужчин достаточно красива.
И ноги от ушей растут, и грудью
Большой мой лифчик хорошо наполнен,
И талия божественна, что будет
Фигурой мой партнер всегда доволен.
Приветливым я нравом обладаю,
Бездонными зелеными глазами,
Эксперименты в сексе обожаю,
Да и свои имею в нем программы.
Люблю духи французские безумно,
Изысканные пищу и одежду…
Пообещай мне это сильный, умный -
И наша встреча станет неизбежной.

26. Исповедь онаниста

Может быть, что больше мяса
Стал я есть, чем ранее,
Стали чаще проявляться
Плотские желания.
Ввел в меню я хлеб «Грехема»,
Хлопья кукурузные,
Молоко парное с джемом,
Обходясь без ужина.
Но не вижу в том я проку
И ищу спасение.
Я пришел уже к порокам,
К разным извращениям.
Через радость онанизма
Тело превращается
В инструмент для секса в жизни,
Где им наслаждаются.
Пробуждаются активно
Разные фантазии,
Что и страшно, и противно,
Будет мягко сказано.
Представленья их отныне
С горечью обвенчаны:
Вижу я себя рабыней,
Чернокожей женщиной.
О мой Бог! Прости грехи мне,
Дай душе спасение -
Отними привычки злые
И воображения.

27. Любовный пыл

Жемчужным вечером янтарный день сменился,
Вокруг красиво было все и хорошо.
Тебе, грустившей, я в отцы уже годился,
Но к одинокой в парке все же подошел.
Заметив взгляд твой иронично удивленный,
Я осмотрительно сел рядом и затих;
Пусть холостяк я был и в женщин всех влюбленный,
Но для тебя уже, конечно, не жених.
А ты поссорилась недавно с юным другом,
В свободном времени была теперь вольна;
Со мной сначала говорила ты с испугом
И напрягалась нервно, будто бы струна.
Я незаметно стал веселым, добродушным
И постепенно в твои помыслы вошел.
Слегка сентиментальный, но не скучный,
Я самого себя в то время превзошел.
Был свежий воздух пьян от запахов сирени,
Щербатый юный месяц в небе плыл.
Ко мне ты села незаметно на колени,
Твое желание я к сексу ощутил.
Я словно в молодость с тобой вдруг возвратился –
В нее сама ты мне свою открыла дверь;
Мой верный друг, что раньше вяло шевелился,
Теперь входил в тебя активно, словно зверь.
Ты очень чувственной шалуньей оказалась
И возместить на мне решила свой урон –
Ты, как хотела, надо мной поиздевалась,
Что я был мокрым, словно выжатый лимон…
Бог дал – с тобой встречался я повторно,
Но мне тогда уже едва хватило сил –
Любви все возрасты, конечно же, покорны,
Но в каждом возрасте в ней свой особый пыл.

28. Утерянная любовь

Мельком увидев, я себе позволил
Тебя любить в обьятиях мечты,
Но к счастью, по любви скитаясь, вскоре
Сама со мной смогла столкнуться ты.
Чем смог я вдруг привлечь твое вниманье?
Коль в нежных чувствах лишь лелеял лень
И вслух боясь сказать слова признанья,
Я был с тобою рядом словно тень.
Ах! Если раньше ты меня пленила
Своей прелестной, броской красотой,
То позже меня быстро покорила
И откровенностью своей и простотой.
Твой взгляд игривый, но проникновенный
Глаз голубых притягивал меня,
А желтый блеск волос, голос как пение,
К тебе влекли, чаруя и маня.
Любви искусство ты постичь успела,
А я со многим не был и знаком,
Но восполнял пробел – с тобой умелым
И одаренным был учеником.
Ко мне прижавшись, грудь мою ласкала
Ты влажным, чуть шершавым язычком,
Меня, воркуя, нежно призывала
Избавиться от комплексов-оков.
В коленках твоих пухлых отражалась
Светившая нам полная луна;
Я их ласкал, волнуясь и терзаясь
Желанием испить тебя до дна…
Но не испил – велел нам рок разлуку,
Тех дней реальность я не воскрешу.
Твой образ для меня теперь как мука,
И тайно в сердце я ее ношу.

29. Юная шалунья

По асфальту, стуча звонко каблучками,
Прошла в сумерках ты мимо без стесненья,
Сразу вызвав в разговоре между нами
Удивленье, изумленье, восхищенье.
Рано вызревшая юная фигура,
Соком пышности налитая предельно,
Возбудила нас, как дивная микстура,
И к себе приворожила, словно зелье.
Мы подумали, что форм ее избыток
Должен требовать избыточных желаний,
И поэтому для страсти ненасытной
Не обязана искать ты оправданий.
Но случилось, рядом нашему же взору
Ты предстала вскоре в образе развратном;
В тихом парке, на скамейке, за забором
Отдавалась сразу нескольким солдатам.
И, подавленные зрелищем, поникли
Мы, испытывая разочарованье;
Ведь подобное мы видеть не привыкли
Для такого слишком юного созданья.

30. Муж-соблазнитель

Двухразовым в неделю сексом нашим
Тебя не удержать мне больше дома.
Ведь от него, как от перловой каши,
Так быстро появляется оскома.
Твои способности я знаю, твои чары
Не раз я видела на разных вечеринках,
Когда у многих баб в хмельном угаре
От взгляда твоего тряслись поджилки.
Шармом неповторимым обладая,
Ты удочки забрасываешь ловко.
Так в ресторане «бабочка ночная»
Ведет себя, как божия коровка.
Смесь тела, крема, глаженой рубахи,
Как запах сексуальной бормотухи.
Все женщины страдают, бедолаги,
И липнут к тебе, словно к меду мухи.
В компании ты – водопад веселья
И можешь разыграть любую шутку.
Порою, даже и в костюме сером
Ты серым не бываешь ни минутки.
Чуть-чуть тщеславный, но зато игривый,
Ты в сексе заводила по природе.
Как вспомню, что в медовый мы творили,
Так и оказываюсь сразу же на «взводе».
Теперь не буду больше я инертно
Ходить по выходным лишь по базарам.
Мне в жизни тоже хочется десертов -
Жемчужных пляжей, дискотек и баров.
Ты от меня не сможешь отвертеться,
С сих пор мы будем вместе развлекаться,
Ведь стоит мне лишь здорово одеться
И вновь ты станешь мною соблазняться.

на эротическую страницу >