Кружил на ветру листопад

Повесть

ЧАСТЬ 1

Глава 1


Природой руководила весна. Ничто и никто не мог сопротивляться её волшебству. Повинуясь инстинкту деревья оделись в зелёные одежды. Цветущие белые яблони и груши стояли как невесты. О ярко горящие на ночных улицах фонари бились мотыльки. Ночи были уже тёплыми, а воздух был наполнен резкими запахами зелени и цветов. Стремящаяся к полноте луна, словно золотая рыбка, путалась в ветках большого разлогого клёна во дворе у Беликовых.
У Антона совершенно не было настроения идти служить. Такая чудесная пора и девушки, словно после зимней спячки, неожиданно быстро заполнили центральные улицы посёлка, такие симпатичные, в коротких юбках. Кто придумал в такое время отправлять парней в армию? Лучше бы его призвали служить прохладной и дождливой унылой осенью.

В военкомате незнакомый Антону подполковник, председатель на последней комиссии, долго думал, как с ним поступить:
- Так Вы в институте учитесь, молодой человек? Второй курс заканчиваете? Что же нам с Вами делать? Служить хотите?
Антон сделал в ответ неопределённое выражение лица. Он и сам не знал - хочется ему служить или нет.
После длительной паузы подполковник огласил своё решение:
- А пойдите годика два послужите. Я думаю служба Вам для дальнейшей жизни не помешает.
Но два года чуть не стали тремя в военно-морском флоте, куда его первоначально запланировали отправить. Ему уже вручили повестку, но через несколько дней вторично вызвали в военкомат - срок призыва перенесли на две недели позже и изменили код рода войск для его службы.

Подареные две недели отсрочки были использованы Антоном, как ему казалось, правильно. Все вечера он проводил на танцах и к нему непредсказуемо прилипла старшая от него на пять лет Виолетта, роскошной внешности девушка-блондинка, легкого и свободного поведения. Рослый и привлекательный Беликов ей понравился.
- Я знаю Антон, что ты идёшь служить в армию. Солдаты обделённые судьбой и ограниченные в свободе люди. Не будем ничего обещать друг другу. Но если ты желаешь провести оставшиеся несколько свободных дней со мной, то я обещаю, что они будут для тебя незабываемыми.

Беликов согласился. Постоянной девушки у него всё равно не было. С Лидой он порвал все связи и, кажется, навсегда. Виолетта действительно оказалась любвиобильной. Её фривольное поведение несколько отталкивало Антона, а похотливость невольно притягивала. Через несколько дней общения он уже устал от неё.
Вчера они договорились, что на проводы Антона в армию Виолетта не пойдёт - так будет лучше для обоих. Расставаясь, она поблагодарила его за приятно проведеное время и попросила удовлетворить её в последний раз. Антону ничего не оставалось, как выполнить её желание прямо на широкой соседской скамейке. Некстати идущие в это время на шахту в ночную смену трое шахтёров пошутили над ними. Беликов стушевался, но Виолетта его успокоила...

Когда время перевалило заполночь шум от гуляний во дворе Беликовых начал постепенно стихать. Молодые ушли бродить по улицам посёлка, а пожилые слушали игру на баяне соседа Василия и его жены, ловко акомпонирующей ему на деревяных ложках.
В два часа ночи Антона отвели в соседский дом, чтобы он немного поспал перед дорогой в относительной тишине. В пять утра его разбудили. В своём дворе он недолго провёл время, прощаясь с родственниками и особо выносливыми, неспящими всю ночь гостями.
Затем друг отца, дядя Григорий отвёз Антона и троих его друзей на своём "жигулёнке" в городской военкомат. В восемь часов утра дежурный офицер военного комиссариата выполнил проверку явившихся в комиссариат призывников и на большом автобусе всех призванных на службу в этот день парней города отправили в сборный пункт областного центра.

В областном сборном центре города Луганск, надёжно отгороженном от остального города, они прослонялись без дел до вечера. Затем им определили места в большой комнате типа жёсткого ж/д вагона и выдали сухой паёк на ужин и завтрак следующего дня. У переночевавших в спартанских условиях призывников утром болели бока, однако они не унывали и быстро перезнакомились друг с другом.
На очередном построении во дворе в середине дня часть призывников с других городов области были увезены прибывшими за ними представителями определённых воинских частей. Группа же, в которой находился Антон с парнями его города (посёлок, в котором он жил являлся составной частью города Брянка), снова оказались невостребоваными. Тогда группу перевели в резерв.

Ребята не пали духом и после этого. Остаток второго дня пребывания в центре решили провести веселее, чем вчера. Как говорят "сбросились" по нескольку рублей и купили в магазине центра хороший баян для, как оказалось, умевшего отлично играть призывника Зыкова. Он и развлекал товарищей игрой популярных песен и мелодий, иногда со своей оранжеровкой, почти до самого сна. После обеда третьего дня пребывания так называемые "покупатели призывников" прибыли и за ними.
Двое офицеров и четверо сержантов со знаками различия неизвестного им рода войск посадили их группу, дополненую позже прибывшими в центр призывниками других городов области в два больших автобуса и повезли на железнодорожный вокзал. На вопросы парней в какие войска их везут военные отвечали уклончиво, стало быть когда приедут то сами всё узнают.

На вокзале их строем перевели в два вагона поезда, ребят каждого автобуса в отдельный вагон, и поезд повёз их маршрутом Луганск - столица Украины, город Киев. Вагоны с призывниками были блокированы военными с обеих сторон между собой и от остального состава поезда. В них поддерживался строгий режим. В основном сержанты следили за порядком в вагонах и по расписанию выдавали сухой паек в виде закрытых в банки каш и тушонки, дополнительно обеспечивая призывников и чаем. На станциях их два вагона не открывали и никого на перроны во время стоянок поеда не выпускали. Ребята оживлённо общались между собой, слушая мелодии играющего на баяне Зыкова, рассказывая анекдоты и интересные истории. У кого было что читать - читали, несколько газет и журналов ребятам роздали офицеры.

Сидящий рядом с Антоном Николай Карпук рассказывал соседям:
- Приехал я значит в техникум поступать, а свободных мест для абитуриентов в техниковском общежитии уже нет. Пришлось квартиру искать. Искал долго, но зато нашёл почти в центре города. Хозяйка, как позже выяснилось, симпатичная и сексуально озабоченая женщина лет тридцати пяти. Её муж в каком-то Главке работал и по командировкам шатался часто. Поэтому Жанна Вениаминовна и соблазнила меня уже на второй день. Славно я зажил - за проживание деньги с меня она брать отказалась, угощала разными деликатесами...
Муж с командировки вернулся, узнал, что у них молодой квартирант. Виду не подал, но я почувствовал что он был этим не доволен.
Сдал я вступительные экзамены кое-как, потому, что голова не только учёбой была забита. Поступил тем не менее в техникум и был очень рад. Хотел перебраться сразу в общежитие, но Жанна Вениаминовна уговорила остаться у них ещё на какое-то время.

Муж, как назло, в очередную командировку не собирался, а ей вижу ко мне невтерпёж. В одну из суббот Андрей Максимович уехал вроде бы по срочным делам. Но вернулся домой быстро, мы и не слышали, как он в квартиру вошёл. Видит - я на диване, его жена на мне подпрыгивает. Он на кухню, схватил нож и за мной. Я едва успел надеть плавки и на балкон. С третьего этажа прыгать пришлось на газон через ветки растущих у дома берёз...
Слушатели недоверчиво переглянулись, но Карпук не обратил на это внимание и продолжал:
- В общежитие поселили с трудом, увидев меня в полуголом виде, но только когда Жанна Вениаминовна следом мои вещи принесла. Не знаю, как она с мужем всё произошедшее утрясла, но передо мною извинялась.
А я ещё несколько дней после этого в себя приходил. Иду бывало в общагу поздно вечером, после кино, а мне мерещится всякая чепуха. Кажется, что за мной кто-то идёт, вроде бы каблучки цокают, как у девушки. Оборачиваюсь - а за мной какая-то старуха плетётся. Я убыстряю шаги, но слышу, что она не отстаёт. Я бежать, оглядываюсь, а за мной вместо старухи коза рогатая гонется.
Едва успел вбежать в общежитие, вошёл в свою комнату и лёг спать. Слышу в комнате словно ветер зашумел, а на стене почему-то вместо книжной полки набор кухонный оказался и ложки-вилки качаются со стороны в сторону...

Удивлённо слушающие рассказ соседи громко рассмеялись.
- Ну и фантазёр ты, Николай, закрутил, так закрутил.
Николай обиделся и попытался убедить товарищей, что он рассказал сущую правду, но парни снова ему не поверили...
На очередной станции военные пожалели призывников и в порядке исключения разрешили двум женщинам с перрона зайти в вагоны и продать парням имеющиеся у них в наличии здобу и прохладительные напитки. Когда же продавцы вышли и поезд тронулся дальше, то менше, чем через пол часа сержанты определили, что многие призывники находятся в состоянии алкогольного опьянения.
В результате нехитрого расследования было установлено, что женщины их ловко обманули - в бутылках с наклеенными этикетками прохладительных напитков и надлежащим образом закупореных они продали парням настоящий украинский самогон...

***

Уже ночью в Киевской области на неизвестной призывникам станции их вагоны перецепили к другому поезду и в обьезд столицы повезли дальше на запад Украины. Во второй половине ночи их поезд прибыл на железнодорожный вокзал города Хмельницкий. Разбуженые за пол часа, но всё равно сонные призывники в разнопёстрых одеждах выходили из вагонов на перрон и строились в колонну. Пошли строем, но не в ногу к уже ожидавшим их на привокзальной площади автобусам.
Несколько стоящих на перроне женщин разговаривали между собой:
- Биднэньки, невелычки ростом и худеньки, - говорила одна из них.
- Та ни, дывиться, ось и гарни хлопци, здорови, - возразила другая, задержав свой взгляд на шагающем в колонне Антоне.

Тремя автобусами выехали из города, проехали два небольших села, если судить по освещению их улиц, долго ехали по полям, а последние несколько киллометров по бетонке.
На рассвете вьехали в лес и проехав через отворённые ворота КПП остановились на большой заасфальтированной площадке. Вышли из автобусов, разбрелись недалеко, курящие закурили. Антон вдохнул на полную грудь свежий и по сравнению с донбасским более приятный, хоть немного и влажный воздух. Посмотрел вверх на верхушки очень высоких берёз и голова его немного закружилась.
Снова построение и подошедший к строю пожилой, высокий и усатый старшина по фамилии, которую узнали позже, Ободовский повёл колонну сразу в баню.

Перед баней старшина сообщил, что войдя в неё гражданскими людьми они выйдут из неё уже солдатами. Обратили внимание на тяжело бегущих мимо бани на физическую зарядку новичков, очевидно прибывших сюда несколькими днями раньше. Это сюда оказалось школой младшего командного состава. Лица новичков были потными и немного угнетёнными. Старшина обратил внимание на взоры призывников и обрадовал их сообщением, что подобная участь ожидает их уже завтра.
В баню входили группами по десять человек, раздеваясь в большой комнате, быстро связывая приготовленными верёвками свою гражданскую одежду, прикрепляя подписаные к ней ярлыки со своими фамилиями и укладывая на стеллажи. Старшина сообщил, что желающие смогут отослать одежду позже посылкой домой.

Выкупавшись в другой комнате выходили с другой стороны в третюю, так же большую, где на скамейках их уже ожидали разложенные комплекты новенькой военной формы. Суетясь и толкая друг друга набрасывались на неё, боясь, что не успеют подобрать её по нужному размеру. Старшина свысока смотрел на них, как петух на молодых птенцов, заставляя одеваться их спокойно.
Уже одетые, выходили из бани, смотрели друг на друга, иногда смеясь. У некоторых брюки были едва по щиколотки, у других рукава гимнастёрок свисали ниже кистей рук.
Старшина предоставил возможность желающим взаимно поменяться формами, а тем, у которых она и после этой процедуры явно не соответствовала нужному размеру обещал поменять на другую.

Строились возле бани, порой не узнавая друг друга в однообразных, цвета хаки формах и удивлённо улыбаясь. Строем пошли к своей казарме, расположеной здесь же в лесу. Вошли в неё и на опережение бросились занимать места поудобнее, кровати с тумбочками. Старшина смотрел на них улыбаясь. Затем выдал каждому из каптёрки по пол метра новой белой ткани для подшивки воротничков гимнастёрок и вышел из казармы, предоставив молодым солдатам оставшуюся чась дня провести по своему усмотрению, предупредив о времени предстоящих обеда и ужина.
Первый день прошёл в обживании казармы и прилегающей к ней территории.

(продолжение следует)