Молодые с планеты Жизнь

Повесть

ЧАСТЬ 1

Глава 2


Через неделю после прихода из армии Савичев устроился работать на расположеную возле посёлка шахту подземным связистом. Штат службы связи оказался на данный момент недоукомплектованым из-за того, что двое молодых парней ушли служить в армию, а один опытный специалист, уже обзавёвшийся семьёй, перешёл работать рабочим очистного забоя. Все оставшиеся четыре связиста были студентами технических вузов, обучающиеся на различных курсах: трое на вечерней форме обучения, а Савичев на заочной.
Из-за сложившегося положения начальник связи Гришин предложил Павлу поработать дежурным связистом в ночное время на домашнем телефоне. Трое остальных выполняли основную работу участка в дневное время.
Сначала Савичеву понравились такие условия работы: прошло почти двое суток, а он находился всё время дома и на работу его не вызывали. Но затем последовали звонки на выполнение аварийных работ в ночное время. Работа стала напоминать армейскую службу: спишь ночью, каждую минуту ожидая звонка. И вот он раздаётся резкий, громкий, в то время, когда тебе уже снятся сны. Вскакиваешь, одеваешься и идёшь на шахту. А ещё через пол часа уже шагаешь в рабочей одежде в глубинах шахты иногда в направлении самых далёких выработок.

Работал Савичев в различных условиях. Вот он по-пластунски ползёт на входе в лаву. Пласт угля тонкий, да ещё в дном месте немного пересыпан углём. Он старается проползти через узкий проём, выхватываемый из темноты ярким лучом горящей на его каске лампы. Но застряёт, так как расположеный на поясе в районе спины аккумулятор светильника цепляется за кровлю. Не возможно двигаться ни вперёд ни назад. Павел представил, что от него останется, если эта твердыня сейчас сомкнётся сверху вниз в попытке ценой огромного давления сверху восстановить равновесие, которое нарушил человек, проникший на почти киллометровую глубину. Медленно сдвигает аккумулятор со спины на бок и только тогда продолжает своё неторопливое движение. Вот он уже внизу лавы и теперь понимает, почему её рабочие не отвечают на звонки диспетчера шахты. Лава ушла вперёд, а на прежнем месте работы производится посадка кровли: стойки, крепящие её, уже убраны, осталась одна на которой висит телефон. Непонятно, почему его вовремя не перенесли на новое место. К нему сейчас опасно подходить, так как кровля в этом месте может обрушиться в любой момент. Уже слышится её опасное потрескивание. Вот телефон снова зазвонил, но к нему уже никто не подходит.

Павел остановился в раздумьи. Два желания боролись в нём. Первое: быстро подлезть к телефону, снять и перенести на новое место. Второе: оставить его, поехать на поверхность или на другую точку, где телефон используется редко, и взять сюда другой.
- Вот черти белозубые, - ругал про себя работавших в лаве шахтёров. - Забыли вовремя перенести за собой телефон. Шахтёры, раздетые по пояс в этом жарком душном пространстве, потные, покрытые чёрной угольной пылью, были действительно похожие на чертей.
Развязка пришла сама собой: кровля в месте нахождения телефона неожидано дала посадку. Порода рухнула, оглушив Павла и рядом работающих шахтёров треском и гулом падающих глыб. Когда поднявшееся облако пыли рассеялось Павел не увидел ни телефона, ни деревяной стойки, на которой он висел. На их месте была сплошная масса глыб породы, заполнившей собой ещё недавно имевшуюся пустоту.
Едва прийдя в себя Павел заторопился по лаве назад за другим телефоном. Его каска зацепилась за деревяную стойку и слетела с головы на движущийся конвейер, по которому сплошным потоком тёк чёрный сверкающий уголь. Несколько метров он гнался за каской на четвереньках, но так и не догнал её. Злобно выругавшись направился к месту насыпки и, подождав две-три минуты, подобрал каску в шахтной вагонетке.

Конца ночным дежурствам не было видать. Были сутки, когда Савичеву с вечера и до утра приходилось дважды спускаться в шахту. Устранит бывало поломку на линии связи где-то часов в десять вечера, поднимется на поверхность, вымоется и прийдёт домой. Ляжет спать, а через час-полтора новый вызов. Приходилось решать: или работать в таком режиме или спустившись в шахту вечером находиться там почти до утра.
Но, как говорится, работе время, а потехе час. Молодость брала своё. Хотелось иногда сходить вечером в клуб на просмотр фильма или на танцы. Поэтому он договорился с дежурящими на шахтном коммутаторе телефонистками, что переодически будет звонить им с клуба и узнавать положение дел со связью. В случае поломки он бысто приходил на шахту и занимался своей непосредственной работой.
В один из вечеров по заданию начальника связи Павел зашёл в помещение участка связи, чтобы выполнить в нём небольшую работу. Затем он планировал пойти на танцы. Заглянул в расположеный рядом коммутатор. Дежурила телефонистка Мария Яковлевна, любительница поострить и поговорить на разные темы, в том числе и эротического характера. Увидел рядом с ней новую, незнакомую практикантку, девушку, на несколько лет старше него. На вид она была даже очень привлекательной и соблазнительной и, как оказалось позже, не очень стеснительной.

- Как жизнь молодая, Пашка? - обратилась к нему Мария Яковлевна. - Не надоело тебе ещё дежурить? Ты сейчас, как я смотрю, на танцы наверное лыжи навострил, приоделся получьше. И чего бегать то по потёмках, когда рядом такая замечательная не занятая сейчас девушка, - она посмотрела на практикантку. - Симпатичная и всё при ней - не девушка, а малина. Познакомься, Аллой зовут.
Павел поздоровался с ней.
- Привет... Павлин, - ответила она ему весело.
Он удивился; не очень оригинально, но немного не стандартно.
- Ну идите, подышите свежим воздухом под звёздами. Возможно они навеют на вас то, чем бы вам не помешало сейчас заняться.
- Ай да Мария Яковлевна, прямо тебе сваха, - подумал Савичев, выходя с Аллой из коммутатора.
- Зябко здесь, - поёжившись сказала Алла. - А я легко одета. А можно посмотреть на вашу нарядную?
И Павел понял, что сейчас всё должно произойти намного интереснее и безумно лучшее обычных танцев. Он открыл своим ключом дверь с торца здания и они вошли в небольшую и опрятную комнату, в окна которой подглядывала луна.
- Свет не включай, - загадочным шёпотом попросила Алла. - Закрой хорошо дверь...

Савичев привык к резким переменам. Бывало, танцуя с хорошенькой девушкой, он уже через час или чуть позже шёл по штреку, шлёпая сапогами по лужам, освещая дорогу перед собой светом шахтёрской лампы. Вот и сейчас он подошёл к одному из рабочих уклонов и увидел, что по нему быстро поднималась вверх небольшая партия вагонов с углём, с тусклым красным сигнальным светом на последнем вагоне. Но через минуту стал очевидцем жутких событий: два последних вагона каким-то образом отцепились от основной партии, предохранительная вилка на последнем вагоне не сработала и вагоны с бешеной скоростью с искрами из-под колёс неслись вниз.
А внизу плитовой, дядька Василий, дальний родственник Павла уже переводил стрелку на другой путь. Он поздно увидел несущиеся на него вагоны и не среагировал должным образом. Вагоны сбили его с ног и только луч от лампы на слетевшей с головы каске странно дрожащим светом освещал небольшой участок рельсов у которых лежал Василий.

Павел дал аварийный сигнал находящемуся вверху машинисту лебёдки, подбежал к Василию и, увидев, что он ещё живой, быстро сообщил по телефону о случившемся диспетчеру смены.
...Василия осторожно несли по штреку на деревяных носилках. Павел видел его искажённое от боли лицо. Пронесли ещё сотню метров. И в это время Василий неожидано открыл глаза, словно бы прощаясь с товарищами, снова их закрыл, из последних сил отчаянно махнул рукой и она безжизненно повисла внизу носилок.
Савичев долго не мог забыть увиденое. Не всё было хорошо в семье Василия. Поэтому он часто раньше шёл по улице выпившим и отрешённым голосом пел:
- Белым снегом, белым снегом
Замела метель тропинку, занесла...
Последнее время у него всё вроде бы начало налаживаться. Он говорил отцу Павла:
- Только самому надо беспокоиться о себе, о своей семье. Никто не прийдёт и не поможет даже советом.
И вот теперь Василия больше нет...

Однажды вечером на танцах в праздничный день, когда шахтёры не работали, Павел увидел девушку, которая очень ему понравилась.
- Смотри, вот идёт по площадке Наташа Ростова, - услышал он сказаные с иронией слова недалеко стоящим от него парнем, живущим в шахтном общежитии, своему товарищу.
Девушка с жизнерадостным лицом, стройная, даже немного хрупкая, с белыми крашеными волосами и в белых брюках, проходила по центру танцплощадки и направлялась в его сторону. Он даже немного смутился, когда она подошла именно к нему и пригласила его на белый танец.
С этих пор он начал регулярно встречаться с Наташей, так действительно звали девушку. Они приятно проводили время и обоим им было интересно общаться между собой. Ей были присущи определённые эротические наклонности. Однако между ними существовал некий нравственный барьер, который она не позволяла ему преодолеть. Павел предугадывал девственность Наташи; она всегда держалась на определённой дистанции их близости...
Когда лето подходило к концу Павел принял твёрдое решение перейти работать из связи на проходческий участок.


(продолжение слежует)