Молодые с планеты Жизнь

Повесть

ЧАСТЬ 2

Глава 13


Поезд, в котором Савичев возвращался домой, извивался змеёй, продвигаясь то по виноградным долинам Армении, то по горным ущёльям. Он мчался то всего в нескольких сотнях метров от турецкой границы, то в нескольких десятках метров от горных пропастей. Через окно вагона Павел изучал природу южного Кавказа, покрытые лесами горы.
Соседями Павла по купе были два пожилых армянина, братья, ехавшие в Москву устраивать сына младшего брата в какой-нибудь институт. Они гостеприимно пригласили Савичева к себе на обед и угощали чачей, шашлыками, лавашем и пряными травами. В компании день подошёл к вечеру.
Когда Павел лёг спать, поезд вьехал в Грузию. Он понял это тогда, когда на одной из станций в вагон торопливо вошли несколько женщин и мужчин и стали по дешёвой цене предлагать апельсины и мандарины. В Ставропольском крае на станциях продавали разную рыбу, в Краснодарском вареный картофель с солёными огурцами.

Около девяти часов вечера следующего дня Савичев сошёл с поезда не небольшой станции Иловайск в Донецкой области. Но быстро добраться домой оказалось делом нелёгким - потребовалось две пересадки. В одинадцать часов вечера он садился на поезд Баку-Москва, чтобы через несколько часов снова сделать пересадку. Подбежавшие вместе с Павлом к вагону для посадки несколько пассажиров увидели вагон закрытым. Минуты истекали, а вагон не открывался. Тогда люди нервно и громко затарабанили по нём. Наконец в дверях показалось заспаное пьяное лицо проводника. Он удивлённо посмотрел на них, ещё не осознав ситуацию и недовольно спросил:
- Чего разстучались, что вам надо?
- У нас билеты до Харькова, нам надо ехать.
- Харьков? Какой Харьков? - недоумевающе снова спросил не полностью проснувшийся проводник. - А-а, садитесь все, только быстрее.
Поезд тронулся и пошёл дальше. Вошедшие сами расселись по свободныи местам в вагоне. Немного протрезвевший проводник-азербайджанец неожидано начал выплясывать по проходу вагона лезгинку. Он вообще оказался"шебушным".

На одной из станций он настойчиво пытался высадить по ошибке спящего пассажира. Тот отбивался от него ногой, доказывая, что это не его станция и что ему ещё далеко ехать. А затем, окончательно проснувшись, обложил проводника матом. Проводник был обескуражен.
- Ну у тебя же билет на это место. Что за народ! Меняют сами места как хотят, - оправдывался он.
С уставшими глазами Савичев сошёл с поезда на станции Никитовка. Вошёл в зал ожидания вокзала. Все места в зале в ночное время оказались занятыми. Помимо транзитных пассажиров здесь было и много бомжей, устроившихся здесь на ночлег. Павел вышел с вокзала и закурил на свежем воздухе. Неожидано ощутил на своём плече чью-то руку. Сзади него стоял миллиционер.
- Я вижу, молодой человек, вы не спешите на поезд. Может пройдёте со мной на несколько минут?
- А в чём собственно дело?
- Да вы не волнуйтесь. Это не надолго. Я по дороге всё вам расскажу.
С недовольством и некоторой растерянностью Павел последовал за ним.

- Здесь рядом вытрезвитель. Там находится человек, подозреваемый нами в краже. Необходимо, чтобы при его обыске присутствовали два свидетеля. Вы будете вторым.
Напрасно Савичев пытался доказать, что он ничего не видел и ничего не знает.
- Ну что, "лысый", только недавно вышел из кичи и опять за своё? - допрашивал в вытрезвителе мужика второй миллиционер.
- Я ни в чём не виноват, начальник. Даю руку на отрез - не воровал.
- Сейчас посмотрим, - и миллиционер начал вытряхивать всё содержимое его карманов. На столе появились: грязный носовой платок, колода игральных карт, небольшой перочинный нож, три рубля с мелочью денег. Стражи порядка были разочарованы. Свидетели расписались в специальном журнале, после чего Савичев с тихой руганью возвратился на железнодорожный вокзал. Стал в очередь у открывшейся кассы, приобрёл очередной билет и ближе к утру сел на проходящий поезд Львов-Луганск.

Проводником вагона, в котором ехал Павел, так же был мужчина, очевидно со Львовской области. Он был средних лет, высокого роста, обутый в хромовые сапоги и говорил на украинском языке с западным акцентом. Проводник чувствовал себя хозяином вагона и скурпулёзно, возможно даже немного педантично исполнял свои обязаности; убирал в купе, разносил чай и постельное бельё, обьявлял названия станций.
Вместе с Павлом в купе плацкартного вагона ехали две пожилые женщины. Одна из них рассказывала своей собеседнице:
- Моя молодисть пройшла на Донбаси. Тут я навчалася, а потим робыла. Я маю тут дэкилька подруг, з якымы и доси лыстуюсь. До однийейи з ных я зараз и йиду. Мэни потрибно встаты на станцийи Дэбальцэвэ.
Она обратилась к проходившему мимо проводнику, чтобы тот заранее предупредил её о прибытии поезда к станции.
- Нэ хвылюйтэсь, попереджу, - ответил ей проводник.

Поезд неуклонно шёл своим маршрутом, а женщины продолжали разговоры. Через некоторое время Павел услышал голос проводника в конце вагона:
- Наступна зупынка Дэбальцэвэ.
Женщина с западной Украины обратила внимание только на последнее услышаное ею слово. Она сразу засуетилась, даже растерялась, не зная, как ей быстрее собраться.
- Ой, я, напэвнэ, нэ встыгну. Трэба швыдче одягатысь.
Поравнявшийся с нею проводник остановился и рукой на её плече усадил вскочившую женщину на место.
- Сыдить.
- Та як жэ сыдить. Мэни трэба выходыты.
- А я вам кажу сыдить.
И проводник гордой походкой пошёл дальше по вагону. Через пару шагов он снова обьявил громко:
- Дэбальцэвэ наступна станция!
Испуганая женщина облегчённо успокоилась и медленно начала готовиться к выходу.
Павел с интересом наблюдал за этой сценой и чуть было не засмеялся...



* * * * *


Прошло всего два дня, как Павел уехал в командировку, а Наталья уже соскучилась за ним. В институте было немного веселее, а когда она возвращалась вечером домой и входила в пустую квартиру, ей казалось, что сама скука, как паутина, висла по углам. Она неожидано почувствовала, как однообразная серость дней словно бы затягивает её в болото, а пресная реальность медленно умерщвляет.
Непредсказуемая альтернатива её разочарованиям пришла к ней. Что-то толкнуло Наташу взять бутылку сухого вина, содержимое которой понемногу уменьшалось с каждым вечером. Закусывала наспех приготовленым ужином; готовить что-либо лучшее не было настроения. После непродолжительной уборки в квартире слушала популярную музыку, затем до самого сна залегала в постели за чтением книг.

В конце учебной недели студентка их группы Вероника, с которой Наталья мало общалась, неожидано пригласила её малость покутить в кафе, расположеном в парке у института. Повод был простой - у Андрея Круганца, парня из состоятельной семьи, был день рождения. Наташа колебалась, но Вероника её уговорила, сказав что это не надолго. Компания состояла из трёх парней, в том числе Андрея и трёх девушек, Вероники и Наташи в том числе. За двумя сдвинутыми столиками выпили две бутылки креплёного марочного вина и хорошо закусили, в том числе и красной икрой, которую Круганец принёс с собой.
Когда всех немного разобрало, парни предложили одеться и побродить по аллеями почти безлюдного в эту пору года парка. На сиротливо пустующей танцплощадке уселись на спинки двух придвинутых одна напротив другой скамейках. На землю медленно опускались редкие, но крупные снежинки. Сидели, прижавшись друг к другу, как воробышки в начале зимы. Парни пытались развеселить девчонок весёлыми анекдотами.

Затем Круганец закурил, передав сигарету после одной затяжки другому парню, а тот в свою очередь третьему. После парней курить по очереди стали девушки. Савичеву насторожила странная процедура курения присутствующих. После затяжки, сделаной Вероникой, Круганец вопросительно кивнул ей в сторону Натальи.
- Если хочешь, попробуй один раз, а не хочешь - не надо, никто не настаивает, - обратилась к Наташе Вероника.
- Да я вообще не курю, разве только разок за компанию. А что за сигареты, иностранные и наверное дорогие?
Вероника посмотрела на неё глазами, уже постепенно обволакиваемыми грёзами.
- Наивная ты, Натаха, ворона наша белая. Марихуана дешёвой не бывает.
Наталья сразу словно бы протрезвела. Она смешно замотала головой.
- Нет, нет, я к этому не готова.
Сидящие рядом отнеслись к этому спокойно и безразлично.

- Пойдём сядем на другую скамейку, поговорим, - предложила Наташе Вероника.
Они пересели вдвоём на рядом стоящую скамейку.
- Ты наверное осуждаешь нас, считаешь психически неуравновешеными. А ты попробуй по-другому посмотреть на окружающую действительность. Она отталкивающая. Хочется хоть на короткое время спастись от неё. Каждый день одно и тоже; скука в общежитии по вечерам, выходки чуть сдвинутых профессоров, придирки и вымагательства преподавателей, безнадёжная нищета. Мать инвалид, отец спился. Думаешь, кто мне поможет? Вот закончу как-нибудь институт и направят меня по распределению куда подальше, в какой-нибудь Учкудук. Буду смотреть на белое солнце пустыни и на верблюдов.
- Скажи, Вероника, а как ты познакомилась со своими м-м-м... компаньёнами по кайфовому времяпровождению?

- Да ты как насмехаешься, Наташка. А сама то как здесь оказалась? Думаешь, что я тебя пригласила? Нет, ты искала выход, прорыв для своей души, которой тесно и неуютно в реальном мире. А с компаньёнами, как ты выразилась, хочешь - не хочешь познакомишься; в одном студенческом общежитии живём. На одной газовой плите по очереди лук на растительном масле жарим и с хлебом едим, когда до получения стипендии деньги практически заканчиваются. А Андрей часто к нашим девочкам наведывается; то вином угостит, то мороженым в шоколаде. Девки под него и ложатся штабелями.
- А вон тот, качок, слева от Круганца - тоже из общежития? Не скажешь, что обделённый судьбой. Кто он?
- Виталий Аминов? Этот мечется, не знает как поступить; то ли заканчивать институт, то ли спортом заняться по-серьёзному, то ли жениться. Тоже из богатеньких. В общежитии живёт и однокомнатную квартиру снимает. Водит туда девушку, вроде бы девственницу. Никак к ней не может подступиться. Она ему условие поставила - только после свадьбы.

- А у тебя есть парень, с которым у тебя серьёзные отношения, по-настоящему?
Вероника молчала. Затем заговорила неохотно:
- Вот именно, по-настоящему развлекалась с Никишиным, после того, как первый раз пришла к нему на квартиру повторно экзамен сдавать. Сдалась. Подумала - не старый, всего тридцать четыре, а уже доцент. С квартирой, разведёный, детей нет. Может замуж за него выйду. Теперь вот серьёзно - живот начал расти, а он жениться не хочет.
Савичева открыла от удивления рот:
- Это тот, который с кафедры сопротивления материалов, ходит с портфелем из крокодильей кожи?
- Вот именно, сильно сопротивляется, крокодил.
- Да, ну так тебе же нельзя пить, а тем более наркотики...

- А мне теперь всё равно; родится урод - может и к лучшему, в роддоме оставлю... Ну да ладно, поговорили и хватит. Тебе не надо быть с нами; вдруг муж узнает - начнутся трения и ссоры. Пойдём к ребятам.
Они подошли к остальным, прервав на время их беседу.
- А давайте сейчас поедем ко мне на квартиру? - предложил Виталий. - Повеселимся ещё немного, - и посмотрел на девушек.
- Да хватит уже, и так весело, - возразила ему Вероника. - Сейчас вам только с девочками веселиться, после травки.
- Ой, а сколько сейчас времени? - встрепенулась Наташа. - Мне уже пора, домой ехать далеко. С вашего разрешения я удалюсь, всё было хорошо, до свидания.
Она резво поднялась и быстро заторопилась аллеей парка к его выходу.
- Что же это я делаю? Жизнь изменить захотела, неизведаных ощущений? Пашенька - прости меня, если можешь. Я больше никогда в жизни не пойду на это.


(продолжение слежует)