Пуаби

Повесть

(Художественно-историческая версия, * смотри в конце словарик )

Глава 5

Царица Пуаби


Царица Пуаби, что на языке шумеров означало "отцовские губы" или немного вольнее "отцовский поцелуй" была единственым ребенком в семье одного из самых богатых и влиятельных родов Ура. Не смотря на то, что девочки в Шумере не обучались в школах, она получила хорошее по шумерским понятиям того времени образование, путем надомного обучения одними из лучших учителями. Ее родители не жалели для этого средств и Пуаби очень рано начала читать и писать на глиняных табличках клинописным шрифтом. Ее познания расширились в области художественного рисования и ювелирного искусства. Она даже изучила теоретические основы архитектуры и строительного дела.

Ее родители были уже престарелого возраста, когда она вышла замуж за молодого видного царя Абарагэ, унаследовавшего трон под влиянием политической элиты своего богатого рода. Энси, руководящий государством, обязательно должен быть женатым и, как любой мужчина Шумера, независимо от его сословия, иметь по шумерским законам только одну жену. Пуаби приглянулась Абарагэ еще со времени церемонии возведения его на трон, затем близкое знакомство на очередной дворцовой пирушке и, наконец, обряд сватовства между двумя хорошо знакомыми друг другу родами.

Уже будучи замужем, с придворной прислугой и царской охраной она много раз выезжала на поля и в сады, знакомилась с правилами выращивания овощей, зерна и фруктов. Пуаби с интересом изучала инструкции по этой темматике, к примеру по выращиванию хлебных злаков: "когда начнешь обрабатывать поле, то открой свой оросительный канал так, чтобы вода из него не поднялась слишком высоко; после того, как ты его оросишь, побеспокойся о том, чтобы влажный грунт остался нетронутым; не допускай, чтобы его вытаптывали быки, отганяй с него диких зверей и готовь поле к обработке; очисти его десятью узкими мотыжками..."

Правда больше, чем земледелие, Пуаби все таки интересовало искусство, особенно музыка. Она прекрасно играла на двенадцатиструнной арфе и неплохо пела.
В более зрелом возрасте ее заинтересовали судовые дела и она много раз присутствовала на различных судебных разбирательствах, чаще всего мелких, типа: "уворовал у него корову", "одолжил одежду и не возвратил", "срубил две пальмы соседа". Рассматривались также дела о расторжении браков, о запрещенных законом приемах торговли. Например: некто Адагар, принимающий товар при кухне царского дворца, принял четыре кура и девяносто силов свежей рыбы от сдававшего рыбу рыбака Урмалы и вместо того, чтобы заплатить ему из царской казны и направить рыбу на кухню Адагар расплатился с рыбаком своими деньгами и почти сразу же перепродал рыбу, так сказать из под полы или незаконно, свободному торговцу рыбой. Так как подобные операции Адагар проделывал и ранее, то на этот раз был пойман как говорится на горячем машкимом Катаром при свидетельстве Урмалы. Суд присудил отстранить Адагара от работы на царской кухне и чтобы он, в качестве возмещения ущерба, принес во дворец шестьдесят куров свежей рыбы.

А некоторые относительно редкие дела о свершенных тяжких преступлениях оставались в ее памяти надолго. Как например дело, когда трое мужчин убили мужа одной женщины, а затем по непонятным причинам признались ей об этом. Убийцы были уличены в содеяном благодаря случайным свидетелям, которые сообщили суду и о том, что жене убитого стало известно об убийстве мужа от самих убийц. Однако женщина по каким-то причинам не вымолвила в течение всего судебного процесса ни слова. Последовало решение суда, по которому трое убийц, а также жена убитого за укрывательство преступников подлежали незамедлительной казни.

...Когда поочередно умерли родители, Пуаби долго тосковала по ним, но постепенно смирилась с созданой богами жизнью. Жизнью шумерского Ура правил бог луны Наннар, который иногда спускался в ночное время в свой храм, расположеный наверху зиккурата, но только тогда, когда когда его звал жрец или через него царь. Никто никогда не видел его и не должнн был видеть.
Сегодня вечером Пуаби собиралась посетить священный храм Наннара и принести ему жертвеные дары. Ее муж - царь Абарагэ трое суток назад выступил с огромной армией воинов против кутеев и, по ее предположению, суток через двое должен был встретиться с врагами в кровавой битве. Она готовилась к разговору с богом, так как сегодня к тому же было полнолуние и он обязательно должен был спуститься с небес в свой храм по ее просьбе.

-Санаб,принеси мое платье, в котором я хожу в священный храм, -обратилась Пуаби к своей служанке. Та быстро ушла в другую комнату, а другая служанка продолжала помогать царице собираться. Пуаби втерла в лицо и руки эфирные масла, наложила на лицо пудру из золоьой пудреницы, выполненой в форме улитки. Служанка навела ей черной косметикой брови и ресницы глаз, сделала синие тени под глазами.
Возвратившаяся первая служанка принесла ей черное платье с белыми звездами на нем, расположеные примерно в шахматном порядке. Обе служанки помогли царице одеть его. Затем Пуаби одела пояс с застежкой из электрона, венок на голову из золотых цветов на длинных стебельках с тонкими листиками, который хорошо смотрелся на фоне ее высоких черных волос. Царица одела на шею ожерелье из изумрудов, сменила золотые кольца и сережки на другие. Затем закрепила на поясе золотой кинжал.

Вошел слуга-раб и сообщил, что пришел нубанда Дарсипаза и желает говорить с царицей.
-Я сейчас выйду к нему,- ответила она.
-Все готово к восхождению,- встретил царицу словами управляющий. Зарезаного быка обработали. Мастера принесли три большие вазы и чашу для вина. Отряд воинов стоит у дворца.
-Я тоже уже готова.
В сопровождении десяти женщин Пуаби направилась к выходу из дворца, где ее ожидали воины охраны. К ним присоединилась процессия во главе со жрицей, с группой воинов, несущих жертвенные дары, а также придворной знатью.
Процессия молча направилась к подножию зиккурата. Началось восхождение на нее по длинной ступенчатой лестнице, покрытой разноцветными камышовыми матами. Поднимающиеся цепочкой сбоку воины несли в руках ярко горящие факелы. Полная луна висела, казалось, над самым храмом.

Первыми в храм вошли жрица с царицей. Идущим в процессии сзади казалось, что крупные белые звезды на платье царицы, освещаемые светом факелов и ярко светившей луной, как бы сливаются со звездами неба.
Когда вся процессия вошла в храм, стены которого были украшены золотыми звездами, а в потолке зияло большое круглое отверстие с видимыми в нем звездами и луной, жрица вышла вперед. Она остановилась перед скульптурой, изображающей бога Наннара и сложила руки на груди.
-О наш небесный повелитель, покровитель древнего Ура! Мы просим тебя спуститься в свой священный дом на земле,- начала жрица свою священную службу.
Она также была одета в черное платье, состоящее из нескольких ярусов, свободное в нижней части и плотно облегающее ее талию и высокую грудь. На ее шее также было красивое дорогое ожерелье, на плечах легкий стоячий золотой воротник, а на голове украшеный самоцветами капюшон. Служение богу продолжалось. Воины положили на пол у статуи бога приготовленого быка, девушки установили вокруг него три золотые вазы с фруктами и чашу с вином.
После продолжительной паузы жрица обратилась к процессии, сообщив, что бог Наннар услышал их, принимает дары и готов выслушать их просьбы.
Тогда Пуаби стала рядом со жрицей. Черное платье свободного покроя немного скрывало ее стройную фигуру. Ее удлиненный нос был почти прямым, а ниже щек, на уровне губ были едва заметные ямки. Большие чуть раскосые глаза, казалось сотрели мимо скульптуры бога, куда-то далеко на звезды неба, а губы тихо шептали:
- Пусть возвратится с победой...