Калейдоскоп моих надежд


Сборник стихов

Часть 2


Пока в свое призванье верю,
Пока мой дух, как прежде, свеж,
Верчу, увидев к Музе двери,
Калейдоскоп моих надежд.


:)

Ощущения жизни



Губы:
Родился
С молоком на губах,
Влюблялся
С мёдом на губах,
Жил
С солью на губах,
Старел
С горечью на губах,
Умирал
С улыбкой на губах.
Уши:
Родился
С шумом моря в ушах,
Влюблялся
С песней соловья в ушах,
Жил
Со звоном спелых колосьев в ушах,
Старел
С шелестом опадающей листвы в ушах,
Умирал
С тишиною в ушах.
Глаза:
Родился
С удивлением в глазах,
Влюблялся
С восхищением в глазах,
Жил
С жадностью в глазах,
Старел
С печалью в глазах,
Умирал
С усталостью в глазах.

Прости, прийди



Горечь мне душу терзает
До тошноты,
Боль моё сердце сжимает -
Мне снишься ты.
Думал, что радость искрится
В твоих глазах,
Но прикоснулся к ресницам -
Они в слезах.
Чем же тебя я ранил? -
Не знаю сам.
И целовал и гладил
По волосам.
Ты была робкой, невинной,
И я был рад,
Но ночь превратилась в длинный
Любовный ад.
Был с тобой, может, тогда я
Немного груб,
Но я теперь так страдаю -
Тебе не люб.
Ты, словно мир первозданный -
Прости, прости,
Жду я тебя неустанно -
Прийди, прийди.

Погодные метаморфозы



Природа январь перепутала с мартом;
С испугу листами дрожит календарь,
От солнца летят брызги света с азартом,
И крыши домов принимают загар.
Пьют воду из луж воробьи с удивленьем,
Петух оглашает тепла торжество.
И бодро старуха идёт с умиленьем,
Не веря, что нынче Христа Рождество.
Погоды случайные метаморфозы
Заводят синоптиков прямо в тупик;
Зима что-нибудь ещё явно сморозит -
Упрячет тепло до поры в свой ледник.

Детство



Увы, уже откуковала
Кукушка детства моего,
Но не касался кистью тайно
Ни разу я холста его.
И, как журавль в пути отставший,
О том жалею я теперь,
Что ныне уж на холст слинявший
Моя ложится акварель.
Бьет сердце крыльями, как птица,
Летя в раздолье прошлых лет,
Где на траве росой искрится
Мой чуть заметный нынче след.
... Как с нетерпеньем ждал я, мама,
И даже видел в детских снах,
Что ты, купив, несешь с базара
Мне тапки в вышитых цветах.
И как затем с братвой горластой
Я вволю бегал в них везде,
Намазав шоколадным маслом
Тобою принесённый хлеб.
И как весёлою гурьбою
Под синим куполом небес,
Картофель с хлебом взяв с собою,
Мы уходили на день в лес.
О! Не забыть мне той поляны,
Смольё горящего костра
И земляники бок румяный,
И песню звонкого ручья.
Здесь пили сок мы с черноклёна,
Играли прытко на ветвях
Густого дуба-великана,
Что с корня рос о двух стволах.
Влекло нас к речке, и бывало
Полдня барахтались мы в ней,
И, пообедав в спешке, снова
Мы в ней ловили пескарей.
И до темна в футбол играли;
Я приходил домой, слегка
Уставший, и тогда давала
Мне мать парного молока.
Я помню, как меня впервые
Взял на охоту мой отец,
И как у нор, подолгу сидя,
Выслеживали мы лисиц.
Как мне доверил в первый раз он
Ружьё двуствольное своё,
Как я смотрел, подранив птицу,
На муки тяжкие её.
Как он принёс домой однажды
Павлиньих пару голубей,
И оторвать не мог подолгу
Я глаз от белых «трубачей»...
Прощай же детство золотое,
Росинка ранняя моя,
Всё-всё тепло твоё земное
Унёс с собою в юность я.

Жду тебя



Цыганка - ночь распатланная вновь
На звездах над влюбленными колдует;
Пульсирует сильнее в теле кровь,
А душу соловьи в садах волнуют.
И снова я по улицам брожу,
Тебя ища голодным, нежным взглядом,
Но, как назло, пока не нахожу.
В сердце любовь, надежда и досада.
Залит весь город лунным серебром,
Тень на пруду от ив лежит узором;
Оставим нашу встречу на потом,
Я случай, может быть, возьму измором.
А до тех пор, пока ты не со мной,
Я в каждом сне тобою буду бредить
И жить своей ажурною мечтой -
Что мы обязаны друг друга скоро встретить.

Акселерация



В гипотезах сохнут ученых умы
Над главной в столетье сенсацией -
Хотят отыскать они в фактах немых
Источники акселерации.
Подходят к проблеме с различных сторон,
Рождая различные мнения -
Виновен гипофиза, в общем, гормон,
Что в росте дает ускорение.
А в частности может быть много причин;
К примеру, возьмем радиацию,
Успехи различных земных медицин,
А также витаминизацию,
Условия климата разных широт,
Явление урбанизации,
Смешение наций, людей генокод,
А, может быть, даже миграцию.
Учёные спорят не в шутку - всерьез,
Но всё не находят решения,
Как школьникам предотвратить сколиоз,
Сутулость, неловкость в движениях.
Пытаются в спешке стандарты менять
Для детской одежды и мебели;
Торопятся юные взрослыми стать,
Всё больше внимания требуя.
Ведь в темпе ускоренном также идёт
Процесс полового развития,
Хоть в рост он свои коррективы несёт
И служит его замедлителем.
Торопится в жизнь молодой интеллект,
Её ускоряя ротацию.
Двадцатый уходит в историю век,
Оставив нам акселерацию.

Земной дом



Дано ли нам когда-нибудь понять
Все эти мирозданческие сложности?
Мир существует, как гипотезы твердят,
В борьбе извечной противоположностей.
Нет - да, свет - тьма, ложь - правда, зло - добро,
Несчастье - счастье, расширенье - сжатие,
Жара - мороз, невидящий - пророк,
Свобода - плен, доброжелание - проклятие.
Сама Природа-дивный арсенал
Жизненных форм, клубок разнообразия,
Лаборатория, где чувствуешь накал
Опять борьбы реальности с фантазией.
Имеют право жить в ней вопреки
Всей нашей логике и псевдопониманию
Культуры нужные, а также сорняки;
Она дала всем шанс существования.
И человека можно в ней сравнить
С большого организма клеткой крохотной.
Способна ль клетка понять, что творит
В нём, выполняя функции безропотно?
Хотелось человеку бы прожить
Жизнь беззаботно бабочкой порхающей,
Но должен он пчелой нектар носить
Семье, к порядку строго призывающей.
Конца не будет миру никогда -
Такого во Вселенной нет критерия;
Чтоб вечно быть, меняет иногда
Лишь формы бесконечная материя.
И может человек - всего сырьё,
Энергии неведомой космической,
И изменяет наше бытие
Она по плану чисто статистически?
Нам, может, суждено извечно быть
(Пусть это будет мысль с предосторожностью)
Источником энергий для борьбы
Для обеих же противоположностей.
Тогда логично наш устроен земной дом
С фасадом будто бы демократическим;
Заложена борьба добра со злом
Извечно в организм наш генетически.

Твоя любовь



Зализывая молча свои раны
От первой неудавшейся любви,
Так сильно я обижен был обманом,
Что сердце изнывало всё в крови.
Душа, как зимний сад, обледенела;
Растрескивались ветки-нервы в ней,
Но время шло... И эта боль немела,
Все притупляясь в памяти моей.
И в этот сад вдруг ты вошла весною,
Лёд растопив дыханием своим.
Он ожил распустившейся листвою
И снова стал цветущим, молодым.
То птичкой звонко мне над ухом пела,
То бабочкой садилась на плечо,
Любила не застенчиво, а смело -
Я вновь любви попался на крючок.
Я ей теперь противиться не в силах,
Мне нежных чувств к тебе не удержать.
За то, что вновь меня ты воскресила,
Готов твои я руки целовать.
Весь мир сейчас мне - небо голубое,
Как солнце, в нём теперь ты мне нужна.
Позволь мне часть любви твоей присвоить,
Что, как поэзия, во мне звучит она.

Спицетерапия



Мы временами начинаем раздражаться:
Друзьям грубить и обзывать своих знакомых,
И аппетит терять и сна порой лишаться,
А то, бывает, даже «вспыхивать, как порох».
Мы со снотворным валидол употребляем,
Печалью меркнем, словно день, меркнущий ночью.
По мелочам и пустякам переживаем,
Болеть всё чаще начиная, между прочим.
Вот во всём теле нашем перенапряженье -
Мы в двух шагах уж от инфаркта миокарда.
Диагноз жуткий - наших нервов истощенье,
И по сему серьёзно нам лечиться надо.
Набрать лекарств в аптеках целый ворох можно,
Но их полезнее есть методы иные-
Заняться срочно рукодельем всевозможным,
И лучше всех, конечно, спицетерапией.
Лишь стоит взять нам «чудодейственные» спицы -
И вдаль уходят волновавшие нас мысли.
Вязанье сразу заставляет нас бодриться;
Творим узор мы, как картинку мастер кисти.
Печаль работой начинает вытесняться;
На смену ей приходит к нам успокоенье.
Мы привыкаем им всё чаще наслаждаться,
Уже хорошее имея настроенье.
Искусство это воплощали в жизнь прекрасно
Во многих странах люди эры допотопной;
Вязали шляпки и сандалии изящно
И в медицине древней были расторопней.
Сейчас вязание не просто стало модным,
Оно по праву - увлеченье миллионов.
Пусть восстановит силы нам активный отдых,
К оздоровлению снимая все препоны.

Разлука



Густая прохлада румянит мне щеки,
Медовая свежесть наполнила грудь,
А мне так печально сейчас, одиноко,
Что хочется грустное петь что-нибудь.
Чужие ребята поют чуть невнятно,
Но песня рвёт душу и плачет струна,
Что были когда-то, лишь вспомнить приятно,
Сердечные чувства сильнее огня.
Доносятся звуки о долгой разлуке,
О бедном бродяге, что стал одинок,
О нежностях-ласках, о сереньких глазках,
Как в пламени ярком сгорел мотылёк.
А я, ожидая, стою у дороги,
С последней надеждой ловлю огонёк,
Когда ж, удаляясь, стихают моторы,
Ругаю шофёров вдоль и поперек.
Любимая, сможешь понять ли меня ты,
Что в жаре любовном я - тот мотылёк.
Встречать бы ты вышла с родимого дома -
Я, ног не жалея, прийти б к тебе смог...
Досада, сгасая, в печаль переходит
И стонет при вздохе глубоком душа,
Далёкие мысли с тобой где-то ходят,
Родимые звуки ко мне донося.
Играйте же парни печальные песни,
Чтоб струны рыдали и голос звенел;
Я с вами сегодня со всеми согласен,
Я с вами сегодня бы всё перепел.
Любимая, верь мне-тебя лишь ревную,
Тебя лишь земную так нежно люблю.
Я в Бога не верю, судьбы же не знаю,
И всё ж их о встрече с тобой я молю.

Утро



Солнце за лесом вдали просыпается,
Полосы красные пуская на небо.
На мелкохмарье его зайчики
Рисуют старательно утреннюю радужность.
Вот в дымку одела ветви осина,
Цветенья вербового дохнуло горькостью сладкой,
Солнцем невысушенная весенняя синь
Улеглась лугами бархатной складкой.
Росу серебряную роняет утро,
И тянет к свету листья сирень,
Лиловое облако плывёт с горизонта,
Неся со свежестью новый день.

Любовная фуга



Тебя я, мучаясь, любил
Под гнётом слабости,
С тобой я будто бы не жил -
Не видел радости.
Себя лишь знал, что истязал
Глухою ревностью,
Ведь ты была - сам идеал
Своей неверности.
Тревожишь душу и во сне
Ты снежной вьюгою.
Душа поёт теперь во мне
Печальной фугою.

На боевом посту



Я шахтёром до армии был
И тогда восемнадцатилетним
Честный труд на всю жизнь полюбил,
Унося в подземелье рассветы.
А сейчас в монолитном строю
Познаю я солдатскую славу,
Ведь всегда - и в труде, и в бою
Доверяет нам наша Держава.
Мощью грозных ракет огневой
В духе крепких военных традиций,
В стужу зимнюю, в слякоть и в зной
Для врагов мы закрыли границы.
Наш всевидящий пост боевой,
На секунды готовность разбивший,
Тишиной начинаясь земной
К дальним звёздам уходит застывшим.

Картина



Луч света утреннего в комнату попал
Сквозь белую ажурную гардину.
Он по стенным обоям погулял
И озарил собой на них картину.
От сна меня он также пробудил;
Взгляд мой дремотный на пейзаж ложится.
Картина-триптих, крылья распустив,
Передо мною, как распластанная птица.
Я от неё не отрываю долго глаз -
Янтарный день там дышит свежим маслом
И солнце в небе, как расплавленный алмаз,
Мир освещает сказочно-прекрасный.
Лагуна - золотой природный дар -
Прельщает цветом жёлто-шоколадным,
И манят скал коричневый загар
И силуэты в дымке гор громадных.
Как хочется побыть там хоть часок!
Немного побродить вдали от дома,
Лечь на водой остуженный песок
И ощутить блаженную истому.
Побыть свободным от всего хотя бы миг,
Лишь к одиночеству попав в густые сети,
В которых ветер усмиренный кротко стих
И на деревьев кроны знойно дышит лето.
Пейзаж таинственный романтикой зовёт
И приглашает в нём на время заблудиться.
Мечты мои туда отправились в полёт,
И ночью, может быть, он мне приснится.

Мужество разлуки



Армейской жизни правила другие;
Я их сопротивляясь принимаю
И по твоей улыбке в ностальгии
Казённость их я втайне презираю.
Готов служить, отдать свой долг Отчизне,
Но не готов терпеть чужую тупость.
Двух этих лет не вычеркнуть из жизни, -
И вычеркнуть тебя из них - есть глупость.
Пусть окажусь я даже на границе
И голову забью свою уставом -
Я не смогу забыть твои ресницы,
Тебя во снах любить не перестану.
Дано постичь нам мужество разлуки,
Труднее, чем тебе, сдержать мне ревность.
Тебе преодолеть труднее скуку -
Но верю я, - и ты храни мне верность.